Buddy Whoring

22:14 

Все еще Джез Морроу

Калле
И сказал добродушный юноша: "Все на колени!"
Ни разу не вычитано, мну даже буквализмы оставила.

Ураган Лоу


Глава Два

К пяти вечера Том уже весь извелся. Он доверял Лоу примерно настолько, насколько верил в то, что из старой импалы можно сделать новенький порш. Он вышел и направился к мотоциклу, собираясь нагло сбежать, но Диабло, въехавший на парковку для персонала, перегородил дорогу.
Пришлось сесть в авто, несмотря на все опасения.
Когда они остановились у магазина дорогой мужской одежды, Лоу выбрался из машины, снова поразив Тома своими внушительными габаритами. Он был всего на пару дюймов выше Тома, но возвышался над ним, словно башня, так во время встречи с ротвейлером забываешь, что ты, вообще-то, выше этой зверюги. Ну, может, не совсем так, ведь Лоу действительно был выше Тома, но это ощущение усиливалось, отчего Лоу казался просто здоровущим.
В бутике тот, как ни странно, вовсе не пытался поставить его в неловкое положение. Том, конечно, был не самым стильным геем в Лэйквуде, но все же понимал разницу между утонченностью и безвкусицей. Обычно он носил узкие голубые джинсы, которые подчеркивали все, что скрывалось под ними. А если бы он был натуралом, то таскал бы мешковатые шорты цвета хаки, и обязательно так, чтобы из-под них дюйма на четыре трусы торчали. Вот только для такой вечеринки ни то, ни другое не подходит.
Свадебный прием должен был проходить под открытым небом у родителей невесты в фешенебельной ист-сайдской деревне. Это был крошечный островок недвижимости на берегу озера, где почти у каждого дома имелась своя пристань для яхт. Том мог бы поручиться, что в школе, куда он ходил, работало и училось больше людей, чем жило в этом «раю». Одежда, которую подобрал по этому случаю Лоу, подходила просто идеально – она была изысканной, но современной, и ее подогнали под размеры Тома прямо в салоне.
В отличие от Лоу немолодой консультант казался приятным парнем. Когда Том заявил, что хочет рубашку с коротким рукавом, того аж передернуло, и Том сразу понял, что брякнул глупость. Мужчина яростно прошептал:
– Только не со спортивным пиджаком.
– Да зачем мне вообще пиджак? – возмутился Том. – На улице тридцать градусов!
Лоу, который сидел у стены и переписывался с кем-то по мобильному, не отрывая глаз от своего «BlackBerry», бросил:
– Пиджак можно повесить на спинку стула, – а потом поднял глаза и сказал консультанту: – Длинные рукава. Спортивный пиджак.
Портной прижал руку к груди, едва не присев в реверансе – он явно вздохнул с облегчением.
Пиджак оказался из тонкой ткани без узора, в общем, в этих кругах сошел бы за повседневный. У хрустящей рубашки, конечно же, были длинные рукава. Том собирался потом их закатать, но сейчас манжеты виднелись из-под рукавов пиджака, как и полагается, ровно на четверть дюйма. Брюки плотно обтягивали зад, а на ногах красовались новые итальянские туфли. Этот ансамбль дополняли пояс, носки... Тридцать градусов, на кой мне сдались носки?
… носки, никакого галстука…
Слава богу.
… хорошее портмоне, и на этом все, потому что стричься Том решительно не желал. Лоу окинул внимательным взглядом его взъерошенные темные волосы, завивающиеся за ушами и над воротником рубашки. Том замер, собираясь до конца отстаивать свои права, но тот сдался без боя:
– Думаю, не стоит перебарщивать.
– Бриться я тоже не собираюсь, – пробурчал Том.
– Очень любезно с твоей стороны, – отозвался Лоу.
Интересно, это уловка, чтобы заставить Тома побриться из чувства противоречия?
Нет. Не дождется.
Том не знал, во сколько Лоу обошелся этот костюм. Имена дизайнеров были ему незнакомы, а ценников он не видел, хотя и подозревал, что суммы, скорее всего, неприличные. Этика «синего воротничка» подсказывала Тому, что ни один уважающий себя мужчина не должен носить то, что стоит дороже машины. Да, мужчина может себе позволить надеть бриллиант размером с булыжник на хрупкий пальчик своей невесты, но это исключение.
Лоу высадил Тома на парковке у автомастерской, так что вторая смена тоже смогла попускать слюни на «Диабло». Начальник смены даже крикнул из гаража:
– Эй, Кот, нашел себе сладкого папочку?
Том показал ему средний палец, чтобы тот понял, куда может засунуть свои подколки. И снова переключился на Лоу:
- Так где именно будет вечеринка?
– Я за тобой заеду, – сказал Лоу. – Я помню, где ты живешь.

* * *

На ночь Том всегда распахивал все окна в квартире. Кондиционер он включал только совсем душными ночами. Здание было старым и просторным, с высокими потолками. И огромные окна пускали сквозняки, как продырявленные шины.
Встроенные в одну из стен бытовые приборы представляли собой кухонный уголок. Также тут имелась крохотная ванная, скорее похожая на стенной шкаф. А большего ему и не надо. Впрочем, большего он и не мог себе позволить.
Вместо постели у него был просто пружинный матрас, лежащий прямо на деревянном полу. Кровать Том так и не купил.
Стоило ему улечься, как воспоминания о жарких ночах окутали его золотистой дымкой. Воспоминания об Уэллсе.
Он был таким красивым, его юный солнечный бог. Уэллс обладал андрогинной красотой и невинной сексуальностью.
Когда они впервые встретились, он был надменным и самодовольным.
Тома тогда только уволили с автомобильного завода, и он парковал машины на стоянке загородного клуба в Роки-Ривер – в Вест-Сайде – поэтому Роллс-Ройс все равно выделялся.
Молодой гость из ист-сайдского клуба вышел из здания, прислонился к двери, сорвал ключи с крючка и, покрутив их на кончике пальца, скучающе-высокомерным тоном бросил:
– Роллс.
– Какого цвета? – отозвался Том.
Это заставило Уэллса заморгать и изумленно уставиться на него. А потом громко расхохотаться.
И у Тома не осталось никаких шансов.
Уэллс был эксцентричным, капризным мальчишкой, сказочным духом, нераскаявшимся снобом. Его «временно отчислили из университета», что на британском английском означало, что он больше не мог вернуться восстановиться. Так что вместо этого он переспал с парнем из рабочего класса прямо у того в дешевой квартирке, да еще в Лейквуде, где, говорят, нужно быть осторожным, даже когда нагибаешься, чтобы поднять упавшие ключи.
Правда, несмотря на слова этой рэперской песенки, Том никогда ничего подобного не замечал. Может, все геи живут на Голд-Кост-лэйн, в тех высотках на берегу, тогда как ему вряд ли светит поближе познакомиться с этим районом?
Все лето он провел в блаженном тумане.
Уэллс считал себя реинкарнацией Оскара Уайльда. Он разгуливал по квартире Тома голышом. У него имелась видеокамера, на которую он снимал, как они занимаются любовью. На видео было все: глубокие поцелуи, трущиеся друг о друга члены, сплетающиеся тела. Оба были стройными и грациозно мускулистыми.
Иногда Том жалел, что у него не осталось того видео, просто чтобы вспомнить, каково это – думать, что влюблен. Но у него все равно не было проигрывателя, да и лучше уж без напоминаний.
«Черт, мы были красивой парой».
Как солнечный свет и тень. Светлокожий блондин Уэллс и Том с оливковой кожей, слегка вьющимися темными волосами и темно-карими глазами. Он был совсем не похож на своих англосаксов-родителей.
Родители же Уэллса жили на восточном берегу, в месте, которое тот называл Долиной Разведенных Женщин.
– Может, дело в воде, – как-то заметил он, – но в этих громадных особняках почему-то живут только разведенные тетки.
– А твои родители разведены? – спросил Том.
– Пока нет, – хмыкнул Уэллс.
Его отцом был Уинстон Кэмпбелл – владелец того самого Роллса. А матерью – холодная блондинка, потягивающая через трубочку коктейли и даже дома не снимающая платья от Диор, ненавистная Синтия Кэмпбелл.
– У Синтии богатая родня, – как-то обронил Уэллс.
«Богатая родня?». – Том заморгал.
– А вы сами разве не богаты?
– Даже рядом не стояли, – ответил Уэллс, и Том ему тогда не поверил.
Он явственно помнил первый раз, когда увидел одиозного кузена Лоуренса.
Это было в самом начале их с Уэллсом романа. Тот играл в поло и попросил Тома приехать на матч.
– Мой одиозный кузен будет там, – признался он Тому. – Поэтому мне нужна аморальная поддержка.
Том проехал на своем Харлее через весь город на восток, к метропарковскому полю для игры в поло.
Это совсем не походило на сцену из «Красотки». Никакой роскоши. Никаких элегантно одетых зрителей. Это была просто игра, как любая другая игра с мячом в любом другом парке, ну, если забыть про группку богатеев, которые привезли сюда своих лошадей, чтобы развлечься. Немногочисленные родные и друзья пришли поддержать свои команды.
Один из игроков выделялся среди остальных, как готовый взорваться радиатор.
Здоровый мужик. Очень здоровый. Темные глаза, обведенные такими же темными ресницами. Резко очерченные тоже темные брови. Крепкие, как у коня, бедра.
И такая же шея. При этом его нельзя было бы назвать толстым, так же как невозможно назвать толстым племенного жеребца. Он походил на вождя варваров и выглядел не менее угрожающе. Летные очки делали его похожим на какого-нибудь голливудского злодея. У него была дьявольская улыбка и раскатистый смех.
Том сел на траве у боковой линии. Другие зрители устроились на раскладных стульях под зонтами от солнца с эмблемой Лиги Плюща.
На игроках были черные защитные шлемы, полосатые рубашки и белые брюки, а черные высокие сапоги без каблука любого мужчину делали сексуальным.
Этот здоровяк походил на отрицательного героя какого-нибудь готического романа времен регентства.
Уэллс смотрелся шикарно.
Принц Тьмы выехал на поле на крупном жеребце, который был больше других лошадей и на вид казался таким же дикарем, как и его наездник. Тот не боялся играть грубо, словно он играл не в поло, а в хоккей на лошади. Он мог, не смущаясь, блокировать противника подкованной зверюгой весом в полтонны.
В какой-то момент пара лошадей в погоне за мячом вдруг бросилась в сторону Тома, они мчались с огромной скоростью, буквально шея к шее, пытаясь вытолкнуть друг друга за поле. Том привстал на корточки, готовый отскочить с их пути. Мяч остановился у низкого бортика прямо там, где он сидел.
Том растерянно замер, словно белка посреди дороги, по которой несется грузовик.
Рванул бы не туда, и его попросту затоптали бы.
Но тут этот парень на своей громадине налетел прямо на парочку, так что оба игрока оказались вне поля, так и не добежав до Тома. По инерции все три лошади помчались дальше, выбивая комья земли. Том чувствовал, как она дрожит под ногами. Воздух с запахом лошадиного пота ударил в лицо, когда они пробегали мимо.
Мяч так и остался лежать у бортика.
Один из игроков разгневанно взмахнул молотком, возмущенный нарушением.
Но мужчина только зарычал очень низким голосом:
– Ты уж постарайся не убивать зрителей!
Судья так и не отреагировал.
Наездник вернулся на поле, его конь пронесся мимо, высоко вскидывая тяжелые копыта. Он снова напомнил Тому темного рыцаря на поле боя, а не джентльмена, играющего в поло.
– Кто это был? – спросил он Уэллса, когда игра закончилась.
– А это, мой дорогой, и был мой одиозный кузен Лоуренс. Я бы вас представил, но боюсь, тогда тебе пришлось бы целовать его кольцо, а наш наследничек и так невыносим. Он любит выставлять напоказ свое богатство.
– Ты тоже.
– Мы всего лишь бедные родственники. А одиозный Лоуренс станет главой «Кастилл Диверсифайд», когда вернется домой. У него сейчас что-то вроде отпуска.
– Отпуска от чего?
– От армии.
– Если он большая шишка, что он делает в армии?
– Он считает себя королевской особой. Играет в Афганистане в «Принца Гарри». А по возвращении трон будет всецело принадлежать ему.
– А он не слишком молод для этого?
– Этот мудак умеет добиваться своего.
– А он не боится так надолго бросать свои дела?
Уэллс равнодушно махнул рукой:
– Видимо, на военной службе полно свободного времени. Одиозный Лоуренс звонит в офис каждый день.
Том поморщился.
– Не думал, что в Хайберском проходе так хорошо берут мобильники.
– Он пользуется спутниковой связью.
– И ему это позволяют? – возмутился Том – он как раз тогда остался без работы и поэтому до чертиков разозлился. – Наши налоги идут на то, чтобы он мог играться в солдатики?
Уэллс улыбнулся:
– Это его личный спутник.
Оу.
Во вторую встречу с одиозным Лоуренсом Том не сразу узнал его. Это случилось через полгода после того матча. Все это время они с Уэллсом жили вместе. Том не слышал, что кто-то идет, пока этот медведь не заполнил собой весь дверной проем.
Первой мыслью Тома было, что им с Уэллсом конец.
Незваный гость казался великаном. Том уставился прямо в широкую грудь, скрытую армейской курткой. На ней был значок в форме меча с крыльями и номер «160».
Том поднял глаза на солнцезащитные очки и бритую голову.
Лоу снял очки, окинул взглядом комнату и остановился на Уэллсе.
– Это какой-то бред, – мрачно рассмеялся он.
Взгляд Лоу прошелся по Тому, сперва мельком, а потом вернулся и задержался. На щеке у гостя задергался нерв – едва заметно, словно мелкая рябь во время штиля.
– О нет. Нет. И нет.
Он повторил «нет» еще раз пять, а потом снова повернулся к Уэллсу и приказал ему спускаться к машине.
Том вышел вперед и сказал Лоу выметаться из его квартиры.
– А то что? Вызовешь полицию?
– Нет, – ответил Том. – Просто надеру тебе задницу.
Глаза Лоу на мгновение удивленно распахнулись, а потом он расхохотался. Да, пожалуй, угроза действительно прозвучала по-идиотски – Том передернулся при воспоминании об этом. Улыбка Лоу была широкой и насмешливой. В уголках темных глаз проступили морщинки.
– Да, вот это был бы номер. Спасибо, что повеселил. – И он опять повернулся к кузену.
Том размахнулся и со всей силы ударил Лоу кулаком. Бить первым – это единственный способ выжить в драке с более сильным противником.
Однако битвы Давида с Голиафом не получилось. Это больше походило на сражение муравья с ботинком.
Его кулак так и не долетел до этой самодовольной рожи – костяшки с силой ударились о ладонь Лоу, так что какое-то мгновение Тому казалось, что он вывихнул локоть. Лоу блокировал удар почти моментально, Том ничего не заметил. Он помнил боль, пронзившую тело, когда тот заломил ему руку за спину, обхватив кулак ладонью. Помнил, как Лоу развернул его на сто восемьдесят градусов, не отпуская руки. Помнил дыхание у своего уха, движение твердой скулы, покалывание щетины на подбородке, прикосновение на удивление мягких губ к своей шее.
– Может, в другой раз, малыш. У меня нет времени, – прошептал Лоу и с легкостью, как будто мусор выбрасывал, оттолкнул его от себя.
Том неловко растянулся на потертом диване и тут же в бешенстве вскочил на ноги.
– Это мой кузен, – небрежно заметил Уэллс, кивнув на здоровяка.
Кузен…
– Ах да, – воскликнул Том, вспоминая. Одиозный кузен Лоуренс. – Ричард, да? – спросил он.
– Лоу, – поправил его тот.
– А, ну как скажешь.
Пристальный взгляд Лоу прошелся по Тому.
– Значит, ты здесь мужик? – скептически поинтересовался Лоу, переведя взгляд с него на Уэллса и обратно. Его брови изумленно взлетели, будто это показалось ему очень забавным.
Том опасливо сложил руки на груди.
Лоу подошел к матрасу-кровати, развернулся и упал на нее спиной. Улегшись, он закинул руки за голову.
– Я же не подхвачу ничего венерического или вирусного , лежа здесь?
Том расцепил руки и стиснул кулаки. Он чувствовал, что у него встает.
– Слезь с моей постели.
Взгляд Лоу остановился на его пахе.
– Хочешь меня, сладкий? – Вот оно, мышление козлов-натуралов. Они всегда думают, что ты их хочешь.
– Пошел ты сам знаешь куда! – Прозвучало жалко. Надо было сообразить что-нибудь получше.
Лоу похлопал по краю матраса.
– Хорошо, только по-быстрому. Уэллс, подожди в машине.
– Я остаюсь, – возразил тот и встал рядом с Томом. Том обнял его за талию.
Лоу рассмеялся, закатив глаза:
– Боже, это какой-то бред!
– Что ты тут делаешь? – вскинулся Уэллс.
– Синтия послала меня узнать, где тебя носит. Она сказала, что ты связался с каким-то нищим гомосексуалистом. – Лоу сел, оперся локтями о колени и искоса глянул на Тома. – СПИД есть?
– Нет, – отрезал Уэллс.
– Проверялись? – поинтересовался Лоу.
– Мы крайне осторожны, – ответил Уэллс.
Лоу встал, глаза его блестели от смеха, губы подрагивали в ироничной улыбке.
– Осторожны? Чем же вы занимаетесь? Дрочите друг другу?
– При взаимной мастурбации СПИД не передается, – сказал Уэллс, странно выговаривая слова. В то время он как раз изображал британский акцент.
Лоу зло рассмеялся.
– Ты не гей, идиот, - заявил он Уэллсу, а потом просто приказал обоим сдать анализы.
– Тебе-то откуда знать? – фыркнул Уэллс.
– Ты просто запутался, – сказал Лоу.
Уэллс с негодующим видом уставился на него.
– А ты… – Лоу посмотрел на Тома. Том помнил этот тяжелый взгляд, будто стоишь под прицелом какого-то смертоносного оружия. Внимательные темные глаза прожигали насквозь. – Ты запутался еще больше, – договорил тот.

***

В субботу после полудня Том услышал шум мотора Диабло за пол-улицы. Он уже оделся и был готов. Выбежав на площадку, он захлопнул дверь, закрыл оба замка и сбежал по ступенькам. Он не собирался больше пускать к себе этого чванливого мудака.
Припарковавшись у мебельного магазина напротив, одиозный Лоуренс выбрался из машины.
Он был одет гораздо более строго, чем Том, черные брюки и белая рубашка с запонками. На заднем сидении он заметил какой-то черный пиджак и бабочку. Смокинг? Том вдруг понял, что не знает, в чем разница. На Лоу не было жилета или широкого пояса, но выглядел он очень официально. Как Джеймс Бонд.
– Мы друг другу не подходим, – заметил Том.
– Я был в церкви, – пояснил Лоу. – Решил взять быструю машину на случай, если один из них захочет сбежать. – «Это он о женихе и невесте, видимо». – Но они все-таки продержались. Хочешь, я переоденусь, чтобы мы смотрелись как парочка?
– Не дай бог, – огрызнулся Том.
Лоу оттолкнулся от Диабло и заметил у магазина мотоцикл Тома.
Он пересек парковку и, словно хищник, обошел Харлей кругом.
Мотоцикл был для Тома единственным средством передвижения, так что это была хорошая модель, Лоу Райдер. Лоу провел пальцами по сидению, его прикосновение казалось почти нежным, но от этого не менее угрожающим. От интимности жеста Том вздрогнул, как будто Лоу по заднице его погладил. Хотелось сказать ему, чтобы убрал руки. Но это наверняка лишь спровоцировало бы его на что-нибудь похуже.
Лоу положил ладонь на кожаное сидение.
– Дашь прокатиться?
– Нет.
Лоу вскинул бровь и вернулся к машине.
Том с облегчением последовал за ним.
– Послушай, Лоуренс, я понимаю, тебе нет до меня дела, тебя никогда не заботило…
– Заботило? Я по-твоему, кто, нянька? – перебил его Лоу.
– Ну хорошо, ты всегда меня ненавидел…
– Уже лучше, – кивнул Лоу. – Ты, конечно, неправ, но на этот раз ты хотя бы сказал то, что думаешь. – Он нырнул обратно в салон.
Том сообразил, что Лоу, пожалуй, все-таки не ненавидит его. Ненависть требует слишком много сил. Это ниже Лоу – тратить столько усилий на таких, как Том.
Он сел на пассажирское место.
Лоу снял с манжет запонки и бросил их за спину. Они переливисто сверкнули, как могут только настоящие бриллианты.
– Готов ко встрече с миссис Уэллс Кэмпбелл?
– Естественно, – отозвался Том, уставившись перед собой.
Лоу повернул ключ зажигания. Восхитительное урчание снова наполнило салон.
– Я же говорил, что у Уэллса это пройдет.
– Ну давай, – хмыкнул Том. – Потычь меня мордой, как щенка.
– А ты просто запутался.
– Я не запутался, – отрезал Том. Он знал, кто он есть. Его тянуло к мужчинам еще до того, как он узнал, что такое секс.
– Вы оба думали, что ты мужчина, – продолжил Лоу. – Но ты девочка.
Понимание ударило Тома в лицо, словно струя перцового аэрозоля. Он вдруг почувствовал себя наивным мальчишкой. Нет, попросту идиотом.
«Да он со мной заигрывает!»
Грубо и, пожалуй, жутковато. Но, похоже, Лоу уже не первый раз с ним флиртует. А Том-то считал все его пошлые намеки обыкновенными оскорблениями.
– И ты собираешься это доказать? – спросил он. – Останови машину.
Это были не просто насмешки, чтобы поддеть парня-гомика. Лоу пытался на что-то его спровоцировать.
И черт бы побрал Уэллса, кто его за язык тянул, надо же было выболтать именно этому ублюдку, что происходило в их постели. Значит, теперь этот гетеросексуальный садист, похожий на тюремного надзирателя, собирается показать бедняжке-педику, как это делают настоящие мужчины?
Лоу чувствовал его страх. Том прочел это по блеску в темных глазах за солнцезащитными очками. Эта сволочь явно веселилась.
– Давай сразу проясним, я не люблю, когда мной командуют в постели.
Лоу презрительно фыркнул, словно говоря: «Не вешай мне лапшу».
«Ага, взаимно», – подумал Том. Как будто он поддастся этому магнетизму. Если у Лоу такое представление об ухаживаниях, то он полный лузер. Интересно, что он сделает, когда поймет, что Том не собирается с ним спать?
Попытается преподать ему урок?
Во что он ввязался?
Том с трудом подавил стон. И сколько раз про себя он уже посылал Лоу в жопу?
__________________________________________________________________
Лига Плюща - старейшие университеты Новой Англии
Хайберский проход расположен рядом с границей между Афганистаном и Пакистаном.
Меч и крылья – эмблема специальной авиадесантной службы.

@музыка: Kyo - Le chemin

@темы: пралюбофф, переводческие потуги, насилие (над оригиналом), Jez Morrow

URL
Комментарии
2012-05-15 в 00:20 

denil
ух, энергично как)) Ураган, он и есть ураган :crazylove:Спасибо!!!

2012-05-15 в 00:41 

Калле
И сказал добродушный юноша: "Все на колени!"
Сонц, уж ты-то лучше бы читала на ОС, там это будет облагорожено. Я сюда это закидываю потому, что, как выложу главу, так настроение поднимается, а пока вишу в воздухе, ожидая вычитку, даже за перевод сесть не могу, вот и...(((
Мну в тексте вопросов сама себе назадавала больше двух десятков, отправила на вычитку, зная, что еще долго буду париться и переделывать... Уж больно какое-то... сценарное произведение... Сделал то-то, сделал то-то, сделал то-то, меняем угол съемки, сделал то-то, сделал то-то, сделал то-то, следующий кадр. И грубость мну глаз режет...
Ты видела, во что превратилась первая глава? Мы совместно с фрифлай ее переписали за автора)))

URL
2012-05-15 в 01:17 

denil
Калле, тык не дотерпеть же)) интересно что дальше будет:D

2012-05-15 в 02:48 

Калле
И сказал добродушный юноша: "Все на колени!"
denil, ясно, значит, тебя в черный список)))

URL
2012-05-18 в 16:51 

kittymara
Напиваясь в невесомости, занюхивайте водку музыкой звезд
Аняняняня! :ura: Он сучка! :lol: Спасибо!

     

главная